Александр Люгар преподавал фехтование в Александровском военном училище, на офицерских фехтовальных курсах Московского гренадёрского корпуса, при Оперном театре Зимина, давал частные уроки. Ставил фехтовальные поединки в театре и немом кино. Автор первого в России учебника сценического фехтования.
Уважающiй себя артистъ никогда не позволитъ себѣ воспользоваться невѣжествомъ публики, онъ всегда будетъ стремиться къ тому, чтобы историческая правда сопровождала его игру и служила не столько удовлетворенIю знанiямъ толпы, сколько удовлетворенiю его собственнаго знанiя, его собственной добросовѣстности.
Только при подобномъ состоянiи духа онъ чувствуетъ въ себѣ способность отдаться творчеству.
Поэтому-то и необходима вдумчивость въ детали.
При обращенiи съ оружiемъ артистъ всегда долженъ помнить, что шпага для человѣка прошлыхъ вѣковъ была священнымъ предметомъ.
Онъ не смотрѣлъ на нее такъ, какъ мы въ настоящее время смотримъ на рапиру, въ которой мы видимъ обыкновенно забаву и почти игрушку.
Шпага была то же, что крестъ на шеѣ, т.е., помимо утилитарныхъ цѣлей, она имѣла еще и значенiе закрѣплять собою различные круги многихъ возвышенныхъ понятiй.
Лезвiе, которое въ соприкосновенiи съ человѣческиъ тѣломъ символизировало окончанiе самаго драгоцѣннаго для жизни — союза матерiи и духа, въ руки бралось, конечно, только въ высоко-торжественныхъ случаяхъ,
напримѣръ, для цѣлованiя или же для уничтоженiя шпаги, когда владѣлецъ ея не считалъ возможнымъ для своей чести участвовать въ какой-нибудь гнусности.
Очевидно, что къ предмету подобной важности люди должны были относиться съ инстинктивнымъ чувствомъ глубокаго уваженiя и священнаго трепета.